Library.Ru

главная библиотекам читателям мир библиотек infolook виртуальная справка читальный зал
новости библиоnet форум конкурсы биржа труда регистрация поиск по порталу


Библиотекам Страница социолога Тексты
 

Сафонова Н. К.
«Как мир меняется, и как я сам меняюсь…» (к вопросу о переменах в пространстве детских библиотек)

Писатель Александр Папченко в эпатажном выступлении на Интернет-конференции Свердловской областной библиотеки для детей и юношества «Библиотека для молодого поколения: новые вызовы и новые возможности» (17–18 ноября 2009 г.) с весьма многозначительным заголовком «Про бабушку и патефон» предрёк неизбежную скорую гибель библиотекам и заявил: «Детские библиотеки умрут первыми, хотя бы потому, что дети меняются первыми. Первыми осваивают все новое» [3, с. 1]. То есть априори предполагается, что детские библиотеки не способны успевать за переменами, совершающимися в общественном пространстве и, следовательно, не будут востребованы детской аудиторией.

При этом автор (удивительно, что это автор, пишущий для детей!) упускает из виду несколько важных моментов.

Первое и, может быть, главное: при всех переменах в ребёнке, опосредованных временем, в нём остается некий базовый стержень, обусловленный природой детства, закономерностями физического и психического развития на каждой возрастной ступени детства. Не случайно Даниэль Пеннак называет детство «изменяющейся постоянной». Именно эти базовые потребности детства в первую очередь стремится обеспечивать детская библиотека, отстаивая глубинные интересы детей, возможность «детству созреть в детях».

С другой стороны, неверие автора в пластичность библиотек также побуждает к серьёзным размышлениям.

Конечно, термин «хранилище», привычно употребляемый в отношении библиотек, неизбежно вызывает ассоциации с чем-то консервативно-неповоротливым. Проблема в том, что в обыденном сознании существует некий обобщенный образ библиотеки, без углубления в типологию, тогда как есть очень разные библиотеки, с разным набором задач, функций, миссий. Так, для общедоступных библиотек главным ориентиром формирования стратегии деятельности всегда были и остаются читатели, их интересы и потребности. Другое дело, что темп общественных изменений уплотняется столь стремительно, что соответствовать ему становится все труднее. Тем не менее, детские библиотеки готовы жизнь положить «за други своя», своих любимых читателей и меняются даже не год от года, а в течение года!

Очертим некоторые видимые векторы этих перемен. Заранее оговоримся, что выводим за скобки чисто внешние перемены (интерьерно-дизайнерские), хотя они, безусловно, играют весьма существенную роль. Все же обратимся к переменам более глубинного характера.

Начнём со структурных изменений - именно это в библиотеках всегда было самым устойчивым и неповоротливым: ставки, должностные инструкции, сложности передислокации в пространстве и перемен в правилах, путеводителях и т.д., и т.п. Однако и здесь возобладала экономическая целесообразность, заинтересованность в читателе, так как посещение стало основной единицей измерения деятельности общедоступных библиотек.

Какие же структурные изменения стали повсеместными и очевидными в последнее десятилетие?

Отметим расширение игрового сегмента в детских библиотеках: стабильные игровые залы и комнаты, ситуативные и функциональные игровые площадки с расширенным ассортиментом игровых ресурсов и услуг – это стало обыденной реальностью практически всех детских библиотек. А ведь еще двадцать лет назад, когда только начинался поворот детской библиотеки в сторону игровой деятельности, сколько было споров и сомнений по поводу того, не разрушит ли это образ библиотеки как учреждения, служащее интеллектуально-духовной деятельности человека. К счастью, за прошедшие годы утвердилось понимание того, что игра не блажь ребенка, а сущностная его потребность, важнейшая форма детской интеллектуально-духовной практики.

Показательна и сама смена акцентов сегодня. Если на первых этапах мы настаивали, что наши игры должны быть сугубо библиотечными, в основе которых книга, библиотека и читательская деятельность должны быть представлены во всем их многообразии, то теперь мы уже не так категоричны. Библиотечные игры с каждым годом все более трудно проходят в детской аудитории: неуклонно сужается читательский багаж детей, все более поверхностной и нестойкой становится читательская память, все беднее запас общих языковых ресурсов – «буксуют» наши любимые викторины, ребенка ставит в тупик самая простенькая загадка. Не будем сейчас углубляться в причины этого явления, это отдельная серьёзная тема; ограничимся констатацией факта и его следствиями. А одним из следствий становится большая востребованность настольных игр; сегодня мы можем наблюдать невиданный всплеск интереса к ним и в детской, и во взрослой аудитории. Вероятно, человеческая природа берёт свое, срабатывает некий охранительный инстинкт противодействия «развоплощению»; ученые бьют тревогу в связи с тем, что постоянный просмотр экранных сообщений способен привести к полной утрате невербальных навыков, да и возможности вербализации несут большие потери. Возможно, интуитивное сознание этой угрозы поворачивает людей к непосредственной контактной игровой деятельности. Библиотеки оперативно прореагировали на эту ситуацию: при детских библиотеках массово стали возникать шахматно-шашечные клубы, проводятся различные турниры, снова вошли в фавор и старые добрые шарады, и лото, и другие настольные и комнатные (салонные) игры.

Расширение игрового сегмента в пространстве библиотеки даёт основание говорить о миграции библиотек в сторону клубной деятельности. В спорах о будущности публичных библиотек многие предрекают ей именно такой статус – интеллектуально-досуговых центров. Очевидно, не самое плохое будущее, хотя есть и резонные сомнения. Так, библиотекам явно маловато пространства для полноценного развертывания деятельности такой направленности, особенно если говорить о подростковом досуге. Кроме того, уже сейчас дает о себе знать очевидный недостаток подготовленности библиотекарей в сфере клубно-массовой деятельности.

Самое серьёзное возражение для развития в эту сторону высказал А.В. Соколов, который считает, что движение в этом направлении с неизбежностью вытеснит за скобки сами книги и читательскую деятельность. Сомнения эти не беспочвенны, особенно когда речь идет о детях. Дети – существа абсолютно природные, они «не хотят мучиться», они всегда лёгкое предпочтут трудному. Уже сейчас во время наших массовых действ типа «Библионочи» ребята с упоением бегают, прыгают, танцуют, участвуют в квестах, проводят опыты, но любые попытки вклинить что-то, связанное с чтением, рождает лёгкую гримасу раздражения.

Досуговая деятельность в ее клубных форматах начнет перекрывать библиотечно-читательскую и потому, что мы не можем сделать библиотеку, как сказал кто-то из спорщиков о её будущем, «местом для группки интровертов-книжников»; еще раз вспомним, что единицей измерения эффективности нашей деятельности становится посещение. Борясь за массовость посещений, мы неизбежно будем предлагать то, что интересно большинству, а этого никак нельзя сегодня сказать о чтении. Настоящее, полноценное чтение становится элитарным занятием для элитарной части, в том числе и детского сообщества. Вспомним, такой сценарий развития предрекали многие фантасты, последовательнее и ярче других - Р. Брэдбери.

Библиотеку в этом «коридоре» видит и А.В. Соколов, настаивающий, что самая важная сегодня для библиотеки функция – ценностно-ориентационная, поддерживающая в человеке «желание и волю к самоцивилизованию» [5, с. 10]. И это действительно важнейшая миссия – помощь в сохранении и воспроизводстве интеллектуально-духовной элиты общества. Но государство, в котором сегодня доминируют прагматики, явно не готово содержать учреждения с такой программной заданностью – не экономично!

Но вернемся снова к структурным переменам. Еще одна структурная модификация в детских библиотеках – почти повсеместное исчезновение читальных залов в их традиционном виде. Очереди у кафедр читальных залов за комплектами книг для рефератов и докладов остались в прошлом; иссякать они начали уже к середине первого десятилетия XXI века, когда стали широко внедряться ИКТ. С неизбежностью встал вопрос перепрофилирования. Библиотеки пошли здесь разными путями, опять-таки рассматривая разные ресурсы и прогнозируя разные варианты удовлетворения потребностей и интересов своей аудитории. Кто-то преобразил читальные залы в зал научно-познавательной литературы с максимально открытыми фондами, площадками для научной и опытной деятельности, элементами музеев естественного и технического профиля. Кто-то в пространстве читальных залов открыл выставочные площадки и площадки для встреч с интересными людьми, для дискуссий, конкурсов, ток-шоу и т.д. А кто-то сделал здесь зону интерактива с работой разнообразных мастерских, ситуативных мастер-классов, творческих объединений. Идет активный поиск, и вовсе не обязательно свершившиеся перемены воплотятся во что-то стабильное. В том-то и дело, что жизнь все время демонстрирует нам, что сегодня библиотека должна быть легкой, трансформенной.

К структурным трансформациям подвигает детские библиотеки и знаменитый (увы, чаще всего печально знаменитый!) 436-й закон «О защите детей…». Библиотекам пришлось задуматься о некоем разведении в пространстве младших и старших своих пользователей – снова появились пространственно обособленные младшие и старшие отделы обслуживания читателей. В этом есть, конечно, свои преимущества. Но я искренне не понимаю, как это сочетается с законами возрастной психологии, с понятиями «зона ближайшего развития», «ближайший идеал», «социализация», наконец! Но это, конечно, уже другая тема.

Кстати, понятия «младший» и «старший» сегодня тоже имеют тенденцию меняться в обе стороны. Младшие в библиотеке становятся всё более младшими – библиотеки фиксируют бум появления гостей в детских колясках (встаёт вопрос о колясочных парковках!). Это побуждает библиотеки думать о неких особых структурных подразделениях, обслуживающих столь необычных посетителей. В некоторых библиотеках появляются отделы и залы «матери и ребёнка»; во что это выльется, покажет будущее. И, конечно, эта перемена приведёт не только к структурным нововведениям, но потребует серьёзных изменений в содержании, в технологиях и методиках работы.

Расширяется и сегмент «старших», без преувеличения – буквально до пенсионеров. Детские библиотеки стали активно сотрудничать с ветеранскими организациями и общественными объединениями пенсионеров, практикуя совместные мероприятия и программы. Это вполне логично: если одна из наших главных задач – передача культурного опыта от поколения к поколению, то желательно, чтобы дети видели и общались с носителями этого опыта. Кроме того, дети должны видеть и представлять всю протяжённость жизни, что делает их более тонкими в её восприятии и более ответственными. Здесь главное - сохранить разумный баланс присутствия, твёрдо и неуклонно отстаивая детскую преимущественность; мы ведь знаем способность и привычку взрослых быстро занимать всё пространство. А нам необходимо подчёркивать и на деле осуществлять свою специализированную специфику, ибо именно она – гарант нашей выживаемости в социальной инфраструктуре общества. Об этом недвусмысленно заявлено в одном из последних по времени руководящем документе «Национальная стратегия действий в интересах детей на 2012–2017 годы», где в качестве одного из приоритетов действий заявлена «государственная поддержка развития детских библиотек, литературы, кино и телевидения для детей», «развитие системы мер по сохранению и развитию специализированных детских библиотек [1, с. 45–47].

Детские библиотеки стали вообще более активны в привлечении разных взрослых на библиотечное пространство. Как когда-то М. Горький и С. Маршак втягивали в детскую литературу «бывалых людей», так детские библиотеки сегодня притягивают на своё пространство людей, обладающих какими-то эксклюзивными знаниями, умениями, способностями, навыками. Современные дети очевидно предпочитают «кабинетные» знания тем, что получены путем прямого общения, опытного познания, заинтересованного подражания – следствие тотальной информационной усталости. Еще один аргумент в пользу развития такого формата взаимодействия связан с вопиющим «развоплощением» детских рук, (в некоторых школах уроки труда проходят на основе докладов и рефератов!). Добавим к этому изобилие цивилизационных приспособлений и устройств, освобождающих человека от малейших усилий, связанных с мелкой моторикой рук: хлеборезки, овощечистки, электрозубочистки и т.д. А ведь моторика руки напрямую связана с развитием мозга…

Разумеется, зазывая к себе мастеровитых взрослых, библиотека имеет в виду и сверхзадачу: формирование широкого социального фронта поддержки чтения, ведь, как правило, это люди, хорошо понимающие ценность книги, чтения, библиотеки. Расширение контактов – это тоже тенденция перемен, связанная с перераспределением функций общедоступной библиотеки. Информационная функция со все большей очевидностью уходит на второй план, а на первый, особенно для детских библиотек, выходит коммуникативная функция.

Библиотекари повсеместно отмечают, что дети сегодня тянутся в библиотеку не столько читать, сколько общаться: «просто поговорить», «потусоваться», «встретиться» и т.д. Замечательно, что дети воспринимают библиотеку как привлекательную и перспективную для себя коммуникативную площадку. В свою очередь, библиотеки стремятся организовывать свое пространство с учётом этих коммуникативных потребностей, устраивая комфортные уголки для приватного и группового общения.

Другое дело, что библиотека должна серьёзно думать об усилении своего присутствия в этом «просто поговорить», брать на себя смелость и находить формы разговора на интересные и важные для детей и подростков темы. В одном из номеров журнала «Библиотека в школе» за 2012 год был любопытный материал о темах, на которые хотели бы «просто поговорить» подростки. Дети хотят говорить о Боге (не о вере, а именно о Боге), о смерти, о педагогах и почему они не оправдывают детских ожиданий, («почему учителя такие дуры?!»), о взрослых, которые «учат нас разумному, доброму, а сами врут, предают, изворачиваются» [2, с. 15]. Многие ли из обозначенных тем мы дерзнём поднимать в общении с юными читателями? Ясно, что развёртывание коммуникативной функции потребует от нас системных действий, связанных с изучением читателей, тех проблем и вопросов, которые их волнуют; освоением новых практик и форм общения, привлекательных для подростков. Это могут быть импровизированные беседы, блиц-интервью, открытый микрофон, ток-шоу, подиум-дискуссия и т.д. Здесь, в частности, стоит внимательно присмотреться к опыту радиожурналистики, опыту «говорящих» станций.

Меняясь, обретая новые черты, усиливая и развёртывая функции, ранее казавшиеся факультативными, детские библиотеки по-прежнему неустанно радеют о «нашем всем» – детском чтении, видя в его сохранении и стимулировании свою главную миссию в обществе. Конечно, нельзя отрицать того, что чтение как вид досуговой деятельности детей стремительно уменьшается в масштабах (в последних опросах чтение в детско-подростковом досуге занимает 4–5 позиции). Оно несёт потери в общей весомости читательского багажа, в широте и разнообразии читательского репертуара, глубине восприятия, стойкости читательской памяти и т.д.

Понимая, что прежние подходы к стимулированию чтения не срабатывают сегодня столь эффективно как раньше, библиотека ищет новые, в том числе обходные пути, способные найти отклик в практике жизни современного ребёнка. Детские библиотеки прочно внедрились в электронную среду, все больше расширяя своё в ней присутствие: осваивают социальные сети, ЖЖ, блоги, твиттеры, создают каталоги полезных ссылок. Последний пример – «Вебландия» на сайте Российской государственной детской библиотеки. Библиотеки предлагают юным пользователям интересные сетевые проекты, которые стимулируют обращение к книжным ресурсам, обеспечивают трансляцию детского читательского опыта и творчества, в этой связи можно назвать, например, проект РГДБ «Лето с Вебландией» или всероссийские конкурсы на портале «Чтение – 21 век» – «Малая Родина – центр вселенной», «Продвижение чтения».

Знаменательным видится нарастающее год от года библиотечное движение, связанное с организацией чтецких детских конкурсов. Такой конкурс под названием «Живая классика» уже несколько лет существует в общероссийском, а теперь и в международном формате. Конкурс проходит под патронатом Министерства образования РФ, Министерства культуры РФ, Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям; он предполагает школьный, муниципальный (на базе районных библиотек) и региональный (на базе библиотек, книжных магазинов, культурных центров) туры. Как видим, участие библиотек вписано в работу конкурса вполне отчетливо. Цели конкурса связаны не с поиском лучших чтецов-декламаторов, а преимущественно с развитием и поддержкой чтения. Они сформулированы таким образом:

• пропаганда чтения среди детей;

• расширение читательского кругозора;

• развитие навыков адекватного восприятия печатной информации;

• возрождение традиций семейного чтения;

• повышение общественного интереса к библиотекам;

• повышение уровня грамотности населения;

• поиск и поддержка талантливых детей;

• повышение интереса к современной русской литературе.

Характерно, что в условиях конкурса специально оговорено, что участники готовят и читают произведения не из школьной программы. А основной возрастной группой конкурса были избраны шестиклассники – ребята 11–12 лет, то есть самый проблемный, малочитающий сегмент читательской аудитории. По отношению к этой возрастной группе предложение именно чтецкого конкурса как способа стимулирования чтения видится вполне психологически оправданным. У подростков на этом возрастном этапе существует сильная потребность самоутверждения, причем не камерного, внутреннего (это приходит позже), а именно внешнего, видимого, публичного. Мотивация, связанная с такой возможностью, может оказаться весьма эффективной. Показателен в этом смысле стремительный рост аудитории конкурса: в первый год – 20 тысяч участников, на следующий год количество участников возрастает ровно в сто раз и составляет уже два миллиона участников из 83-х регионов РФ и 10-ти стран зарубежья. Множество детских и школьных библиотек страны уже втянуты в этот общероссийский проект. Однако детские библиотеки, увидев достоинства подобной формы стимулирования чтения, этим проектом не ограничиваются; они предлагают свои, эксклюзивные чтецкие конкурсы локального масштаба.

В чём главные преимущества этого формата работы? Библиотека получает возможность для активного продвижения в массу читателей самых разнообразных книжных ресурсов: ведь нужно выбрать произведение для чтения на конкурсе и сделать это так, чтобы оно нравилось именно тебе, подходило тебе, давало возможность выигрышно показать на конкурсе свои личностные ресурсы, а ведь все дети разные и каждому нужно что-то своё. Какие здесь открываются ресурсы для нашей заветной, любимой и такой нужной юным читателям индивидуальной работы! Сколько импульсов по поводу поиска «своих» книг, «своих» авторов, по поводу диалога с книгой до чтения и во время чтения здесь можно передать! Неистощимы и возможности для развития качества чтения. Ведь чтобы ярко прочитать вслух, нужно хорошо понять произведение, выстроить для себя его смысловую партитуру, расставить смысловые и эмоциональные акценты, определить нужные средства выразительности – вербальные и невербальные. Это замечательная школа творческого чтения!

В то же время это и школа языкового обогащения и развития, так нужного современным детям с их катастрофически истощённой речью. Всё время подготовки к конкурсу ребёнок живет и дышит текстом книги, он присваивает его себе, текст «записывается» в сознании уже на уровне артикулирования.

Из этого же ряда всё шире практикуемые многими библиотеками так называемые «открытые микрофоны», которые проводятся в дни рождения известных поэтов, в международный день поэзии и просто по выходным дням. Детям предлагается в свободном, импровизационном режиме выступить с тем, с чем они пожелают: стихотворением, сказкой, песней, речью на какую-то тему и т.д. Дети никогда не прочь «засветиться» перед публикой; недаром с давних пор и по сей день одной из излюбленных их дворовых затей является игра в концерт.

Используя взлелеянный массовой культурой интерес к публичности, помножив его на возрастное стремление к самопрезентации и самоутверждению, библиотека может осуществлять свои цели, множа ряды талантливых читателей. Здесь ведь важны не только исполнители, но и зрители, для которых выступления сверстников становятся стимулом подумать о собственном читательском багаже и собственных читательских предпочтениях и реакциях: «мне этот автор тоже нравится, но я бы выбрал(а) другое произведение», «я бы это не так прочитал(а), про другое совсем» и т.д. В какой-то степени работа этой направленности восполняет сегодня недостаток аналитических форм работы с книгой: обсуждений, дискуссий, которые становятся редкими в библиотечной практике, почти полностью переместившись на форумы и в блогосферу.

Еще одна перемена нынешнего времени – это перемена в кадровом потенциале. Перемена вынужденная, так как сегодня ни один вуз не готовит в специализированном формате детских библиотекарей. Есть и обусловленные экономическими реалиями проблемы с закреплением молодых специалистов. Но свято место пусто не бывает – в детские библиотеки стали приходить люди из других сфер: педагоги, музыкальные работники, психологи, юристы и экономисты, по каким-то причинам не востребованные в своих профильных сферах. Оказалось, что и эту ситуацию можно обернуть во благо. Как и венценосным семьям, библиотекам тоже нужна «свежая кровь», предохраняющая от профессионального вырождения. Хорошо, когда появляются люди с другим опытом, другим видением привычных для нас вещей – это открывает возможность на многое взглянуть по-иному. С другой стороны, ситуация благоприятствует и пересмотру собственного профессионального багажа; появляется необходимость объяснить сущностные профессиональные вещи специалистам из других сфер и, соответственно, самому определиться в своих приоритетах и их иерархии, увидеть сильные и слабые места своего специализированного видения, заново определиться с перспективами содержания и форм библиотечной деятельности.

Таким образом, трансформация детских библиотек, происходящие в них изменения совпадают с путем, предначертанным международной библиотечной стратегией развития на ближайшие десятилетия. Здесь выделены четыре отправные точки формирования жизнеспособной библиотеки.

1. Диалог (библиотекари предлагают – читатели обсуждают – библиотека реагирует). Пока это, увы, не правило; всё-таки более комфортным и привычным остается инициатива «сверху», но понимание того, что пришло время субъект-субъектных отношений и альтернативы им нет, уже существует и укрепляется в профессиональном сообществе.

2. Сообщество и участие. Это, пожалуй, наиболее принятый и успешно реализуемый постулат. Библиотеки ясно осознают необходимость широкого социального контекста для решения своих профессиональных задач и стремятся преодолевать свою обособленность, заявляться везде и всюду, говорить о себе на всевозможных сайтах и порталах, развивать взаимодействие с коллегами по культурному фронту (театрами, музеями), партиями и общественными организациями, бизнес-структурами и т.д.

3. Обретение опыта. Библиотеки из преимущественно просветительского учреждения превращаются в место формирования компетенций, нужных ребенку для жизни в социуме. Многое на этом пути уже делается: создаются опытные площадки, творческие студии, проводятся мастер-классы самой разной направленности. И свою деятельность в традиционных формах библиотечной работы библиотеки сегодня переосмысливают в компетентностном ключе, усиливая и подчеркивая деятельностную составляющую. Движение в этом направлении будет нарастать по мере перехода к школьным ФГОС нового поколения, целиком построенных на компетентностной парадигме.

4. Совместная деятельность. Имеется в виду взаимодействие с читателем на библиотечном пространстве, которое должно привести к осознанию ребёнком роли «я – читатель» как социально значимой и ценной. В идеале юный читатель должен превратится в активного культрегера. Здесь тоже есть обнадеживающие прорывы. Достаточно вспомнить, например, уже многолетний опыт Ленинградской областной детской библиотеки по проведению Школы Детского Чтения в Ленинградской области. Можно назвать также апробированные библиотеками читательские «Дни самоуправления» или опыт совместной волонтёрской деятельности библиотеки и её читателей (организация книжных «неотложек» в детских больницах, например), или конкурсы библиотечного плаката и социальной рекламы в поддержку чтения и книги.

Итак, да здравствует ветер перемен! Главное, чтобы он не был тем ветром, который унесет от детей их «библионяню», как унес восточный ветер волшебную Мэри Поппинс. Уверена, для качества жизни в нашем обществе это будет большая и невосполнимая потеря; значит, наша задача – не только чутко держать «нос по ветру», но осознанно и твёрдо направлять его в нужную сторону.
 

Литература
 

1. Национальная стратегия действий в интересах детей на 2012–2017 годы // Защити меня. – 2012. – № 3. – С. 37– 60.

2. Иванова Е.В. Девятнадцатая Крымская конференция: репетиция перед юбилеем (о чём спорили, чему удивлялись, что решали на «детской» секции самой «взрослой» конференции) // Библиотека в школе. – 2012. – № 8. – С.12–17.

3. Папченко А. Про бабушку и патефон // http://www.uraledu.ru/node/26430.

4. Соколов А.В. Библиотечный гуманизм и гуманистическая миссия библиотек в информационном обществе // Библиотечное дело. – 2011. – № 17. – С. 8–15.

5. Соколов А.В. Миссии и мутации библиотек // Библиотечное дело. – 2009. – № 14. – С. 2 –10.

6. Соколов А.В. Информационное общество и библиотеки. Ч. 1. Соблазн «разбиблиотечивания» // Библиотековедение. – 2011. – № 3. – С. 15–21.

 Вверх


главная библиотекам читателям мир библиотек infolook виртуальная справка читальный зал
новости библиоnet форум конкурсы биржа труда регистрация поиск по порталу


О портале | Карта портала | Почта: info@library.ru

При полном или частичном использовании материалов
активная ссылка на портал LIBRARY.RU обязательна

 
  Rambler's Top100
© АНО «Институт информационных инициатив»
© Российская государственная библиотека для молодежи